Сегодня в нашем храме произошло одно событие, которое не громыхнуло, как гром, а тихо пронзило сердце. Событие, которое стоит целой проповеди.
На Литургии я увидел мальчика Васю. Он сиял. А почему? А потому что из всего нашего густонаселенного района, из всех детей, что гоняют во дворе мяч, и остальных взрослых-только один он сегодня причастился Святых Христовых Таин.
Только один.
Подумайте только. Для Христа не нашлось места в расписании у людей. Ему сказали: «Подожди, Господи. Сегодня я работаю. Сегодня я занят. Сегодня у меня другие дела.» Футбол, уроки, уборка, сон, просто лень… Причины разные, а суть одна: Христос оказался не нужен. Непервостепенным. Отложенным на потом.
А в это время священник у Престола произносит страшные слова молитвы: «И сподо́би держа́вною Твое́ю руко́ю препода́ти нам Пречи́стое Те́ло Твое́ и Честну́ю Кровь, и на́ми всем лю́дем». И слава Богу, что в храме оказался единственный причастник—мальчик Вася. Выходит, что-то здесь не так? Выходит, мы, в каком-то смысле, формально подходим к величайшему Таинству?
А потом смотришь на Василия и понимаешь: именно дети и выручают взрослых. Не мы их приводим ко Христу, а они нас. Своей простой, искренней верой. Они — те самые «таковые», которым по обетованию Спасителя принадлежит Царство Небесное (Мф. 19:14).
Вася сегодня — герой. Не в мирском смысле. Он — маленький ходатай за всех своих друзей, за всех соседей. Он один встал в очередь ко Чаше за весь свой многолюдный двор. Он один принял Христа, чтобы Его благодать хоть как-то излилась и на тех, кто сегодня «слишком занят».
Страшно это осознавать. Страшно, потому что до революции в «православной» империи тоже многие причащались «для галочки», несколько раз в год, потому что «так положено». А Сам Христос был не нужен. Его вынесли за скобки жизни, оставив лишь внешний обряд. А потом грянула беда, и застонали миллионы: «Господи, помоги!» Вспомнили. Но цена такого «вспоминания» — море крови и слёз.
Умирать-то всем придется. И в тот момент душа будет ужасно скучать по Богу, Которого она всю жизнь игнорировала. Ей будет страшно и пусто. Но будет поздно. Время благодати — это сейчас. Время выбора — это сейчас.
Вася свой выбор сегодня сделал. Он выбрал Жизнь. А мы?
На Литургии я увидел мальчика Васю. Он сиял. А почему? А потому что из всего нашего густонаселенного района, из всех детей, что гоняют во дворе мяч, и остальных взрослых-только один он сегодня причастился Святых Христовых Таин.
Только один.
Подумайте только. Для Христа не нашлось места в расписании у людей. Ему сказали: «Подожди, Господи. Сегодня я работаю. Сегодня я занят. Сегодня у меня другие дела.» Футбол, уроки, уборка, сон, просто лень… Причины разные, а суть одна: Христос оказался не нужен. Непервостепенным. Отложенным на потом.
А в это время священник у Престола произносит страшные слова молитвы: «И сподо́би держа́вною Твое́ю руко́ю препода́ти нам Пречи́стое Те́ло Твое́ и Честну́ю Кровь, и на́ми всем лю́дем». И слава Богу, что в храме оказался единственный причастник—мальчик Вася. Выходит, что-то здесь не так? Выходит, мы, в каком-то смысле, формально подходим к величайшему Таинству?
А потом смотришь на Василия и понимаешь: именно дети и выручают взрослых. Не мы их приводим ко Христу, а они нас. Своей простой, искренней верой. Они — те самые «таковые», которым по обетованию Спасителя принадлежит Царство Небесное (Мф. 19:14).
Вася сегодня — герой. Не в мирском смысле. Он — маленький ходатай за всех своих друзей, за всех соседей. Он один встал в очередь ко Чаше за весь свой многолюдный двор. Он один принял Христа, чтобы Его благодать хоть как-то излилась и на тех, кто сегодня «слишком занят».
Страшно это осознавать. Страшно, потому что до революции в «православной» империи тоже многие причащались «для галочки», несколько раз в год, потому что «так положено». А Сам Христос был не нужен. Его вынесли за скобки жизни, оставив лишь внешний обряд. А потом грянула беда, и застонали миллионы: «Господи, помоги!» Вспомнили. Но цена такого «вспоминания» — море крови и слёз.
Умирать-то всем придется. И в тот момент душа будет ужасно скучать по Богу, Которого она всю жизнь игнорировала. Ей будет страшно и пусто. Но будет поздно. Время благодати — это сейчас. Время выбора — это сейчас.
Вася свой выбор сегодня сделал. Он выбрал Жизнь. А мы?